Пример условного нарушения норм процессуального права. Арбитражный суд обязан приостановить производство по делу, если одновременно.

Вы точно человек?

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Пчелинцевой Л.М.,

судей Фролкиной С.В., Кириллова В.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании 28 мая 2018 г. гражданское дело по иску Мершалова Романа Викторовича, Логачева Юрия Николаевича к акционерному обществу "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" о признании отношений, возникших на основании гражданско-правовых договоров, трудовыми отношениями, возложении обязанности внести в трудовую книжку запись о приёме на работу, взыскании компенсации за неиспользованные ежегодные оплачиваемые отпуска

по кассационной жалобе Мершалова Романа Викторовича и Логачева Юрия Николаевича на решение Приморского районного суда г. Новороссийска Краснодарского края от 22 марта 2017 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 20 июня 2017 г., которыми в удовлетворении исковых требований отказано.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Фролкиной С.В., выслушав объяснения Мершалова Р.В. и его представителя по доверенности Емелиной Е.С., представителя Логачева Ю.Н. по доверенности Палина Д.А., поддержавших доводы кассационной жалобы, представителя акционерного общества "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" по доверенности Лобова А.А., возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы,

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:

Мершалов Роман Викторович и Логачев Юрий Николаевич 24 января 2017 г. через представителя Палина Д.А. обратились в суд с иском к акционерному обществу "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" (далее — АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р") о признании отношений, возникших на основании гражданско-правовых договоров, трудовыми отношениями, возложении обязанности внести в трудовую книжку запись о приёме на работу, взыскании компенсации за неиспользованные отпуска.

В обоснование заявленных требований Мершалов Р.В. и Логачев Ю.Н. указали, что между ними и АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" неоднократно заключались договоры возмездного оказания услуг, с Мершаловым Р.В. начиная с 24 декабря 2015 г., с Логачевым Ю.Н. — с 24 декабря 2014 г. Предметом заключённых сторонами договоров являлось исполнение Мершаловым Р.В. и Логачевым Ю.Н. обязанностей в том числе по осуществлению безопасного управления судном в районе N 670 в акватории морского порта Новороссийск Краснодарского края, по патрулированию и охране данного района во взаимодействии с государственными контрольными органами. Мершалов Р.В. и Логачев Ю.Н. работу выполняли лично, в соответствии с графиком смен, они подчинялись правилам внутреннего трудового распорядка в АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р", находились в непосредственном подчинении менеджера по безопасности и ведущего специалиста по безопасности АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р", которые давали им письменные и устные указания по работе и перед которыми они отчитывались о ходе исполнения трудовых обязанностей, их вознаграждение по договорам исчислялось на основании тарифной ставки и выплачивалось с определённой периодичностью — в течение 10 дней с момента окончания календарного месяца.

Мершалов Р.В. и Логачев Ю.Н. полагали, что фактически ими выполнялась трудовая функция капитана катера, а заключёнными договорами возмездного оказания услуг регулировались трудовые отношения между ними и работодателем (АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р"), поскольку имелись признаки трудового соглашения, целью заключения договоров являлся не результат оказания услуг, а постоянная выполняемая ими работа на территории и оборудовании ответчика с подчинением режиму труда, под контролем работодателя, который обеспечивал условия труда, организовывал и проводил мероприятия по охране труда, предоставлял необходимую документацию и технические средства. По мнению Мершалова Р.В. и Логачева Ю.Н., их отношения как членов экипажа судна с АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" являются трудовыми отношениями и регулируются Трудовым кодексом Российской Федерации, а также Кодексом торгового мореплавания Российской Федерации.

Со ссылкой на приведённые обстоятельства Мершалов Р.В. и Логачев Ю.Н. просили суд признать трудовыми отношения, возникшие на основании договоров возмездного оказания услуг от 24 декабря 2015 г. N 15-348-К, от 17 февраля 2016 г. N 16-23-К, от 29 апреля 2016 г. N 16-99/1-К, заключённых между АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" в лице его генерального директора и Мершаловым Р.В., а также на основании договоров возмездного оказания услуг от 24 декабря 2014 г. N 14-337-к, от 22 декабря 2015 г. N 15-340-К, от 17 февраля 2016 г. N 16-21-К, от 29 апреля 2016 г. N 16-103/1-К, заключённых между АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" в лице его генерального директора и Логачевым Ю.Н., обязать АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" внести в их трудовые книжки записи о приёме на работу в данное общество, произвести расчёт и выплатить компенсацию за неиспользованные отпуска.

Решением Приморского районного суда г. Новороссийска Краснодарского края от 22 марта 2017 г. в удовлетворении исковых требований Мершалова Р.В. и Логачева Ю.Н. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 20 июня 2017 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В поданной в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации кассационной жалобе Мершаловым Р.В. и Логачевым Ю.Н. ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены решения Приморского районного суда г. Новороссийска Краснодарского края от 22 марта 2017 г. и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 20 июня 2017 г., как незаконных.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы 8 февраля 2018 г. судьёй Верховного Суда Российской Федерации Фролкиной С.В. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и её же определением от 23 апреля 2018 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке. В судебное заседание суда кассационной инстанции не явился истец Логачев Ю.Н., о причинах неявки не сообщил. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьёй 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее также — ГПК РФ), считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 ГПК РФ).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права были допущены судами первой и апелляционной инстанций, и они выразились в следующем.

Судом установлено и следует из материалов дела, что между АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" в лице его генерального директора и Мершаловым Р.В. заключены договоры возмездного оказания услуг от 24 декабря 2015 г. N 15-348-К на период с 11 января по 29 февраля 2016 г., от 17 февраля 2016 г. N 16-23-К сроком действия с 1 марта по 31 мая 2016 г. и от 29 апреля 2016 г. N 16-99/1-К сроком с 1 мая по 31 декабря 2016 г.

Аналогичные договоры возмездного оказания услуг были заключены между АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" в лице его генерального директора и Логачевым Ю.Н.: от 24 декабря 2014 г. N 14-337-к сроком действия с 1 января по 31 декабря 2015 г., от 22 декабря 2015 г. N 15-340-К сроком с 1 января по 29 февраля 2016 г., от 17 февраля 2016 г. N 16-21-К на период с 1 марта по 31 мая 2016 г. и от 29 апреля 2016 г. N 16-103/1-К сроком действия с 1 мая по 31 декабря 2016 г.

Пунктом 1 названных договоров предусмотрено, что Мершалов Р.В. и Логачев Ю.Н. приняли на себя обязательства по указанию АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" оказывать услуги, названные в приложении А "Наименование услуг" к данным договорам, а именно: оказание услуг по безопасному управлению судном в 670 районе в акватории морского порта Новороссийск Краснодарского края, осуществление контроля за наличием, сроками действия и сохранностью судовых документов при заступлении на вахту, осуществление контроля за поддержанием судна ответчика в надлежащем техническом состоянии во взаимодействии с подрядчиком по морским операциям, за сохранностью имущества, исправностью оборудования, находящегося на борту судна, патрулирование и охрана 670 района во взаимодействии с государственными контрольными органами, обеспечение безопасной стоянки судна у причала на Морском терминале и/или в акционерном обществе "Морской клуб" во взаимодействии с подрядчиком по морским операциям (пункт 1 приложения А "Наименование услуг" к указанным договорам возмездного оказания услуг).

В соответствии с пунктом 3 приложения А "Наименование услуг" к договорам возмездного оказания услуг АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" передаёт Мершалову Р.В. и Логачеву Ю.Н. необходимое для оказания услуг оборудование, материалы и технические приспособления.

В пункте 2.1 договоров была определена стоимость оказываемых Мершаловым Р.В. и Логачевым Ю.Н. услуг на основании почасовых ставок, дифференцированных в зависимости от времени суток (дневное и ночное время), а также будничных и праздничных дней. Окончательная стоимость оказанных в отчётном периоде услуг определялась путём умножения почасовых ставок на фактическое количество часов оказания услуг на основании акта сдачи-приёмки услуг.

Пунктом 2.2 договоров возмездного оказания услуг устанавливалось, что оплата услуг по договору производится АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" за вычетом налога на доходы физических лиц в российских рублях путём перечисления на банковский счёт исполнителя в течение 10 рабочих дней с момента подписания сторонами акта сдачи-приёмки услуг.

Во исполнение условий договоров возмездного оказания услуг истцы управляли судном — катером NORD STAR 40 PATROL (бортовой N РФБ 5311), принадлежащим АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р".

Как следует из реестров платежей по договорам возмездного оказания услуг, АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" систематически, один раз в месяц, производило Мершалову Р.В. и Логачеву Ю.Н. оплату на основании актов сдачи-приёмки услуг.

В ходе рассмотрения дела представителем ответчика Нечипоренко Л.М. было заявлено о пропуске истцами трёхмесячного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований Мершалова Р.В. и Логачева Ю.Н. о признании отношений, возникших на основании гражданско-правовых договоров, трудовыми отношениями и иных взаимосвязанных с ними требований, суд первой инстанции со ссылкой на положения пункта 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей, что по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определённые действия или осуществить определённую деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги, исходил из того, что между истцами и АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" имели место гражданско-правовые отношения по договорам возмездного оказания услуг. Суд указал, что истцами не представлено доказательств, с достоверностью подтверждающих факт наличия трудовых отношений между ними и ответчиком в спорные периоды времени. При этом суд учитывал, что в период действия договоров возмездного оказания услуг в штатном расписании ответчика отсутствовали должности, предусматривающие управление судном — катером NORD STAR 40 PATROL, в заключённых между Мершаловым Р.В., Логачевым Ю.Н. и АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" договорах возмездного оказания услуг не предусмотрены положения об обязанности истцов соблюдать определённый режим работы и отдыха, подчиняться внутреннему трудовому распорядку АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р", не содержатся положения о дисциплинарной ответственности и мерах поощрения, о премиях, порядке предоставления и длительности ежегодных оплачиваемых отпусков, о коэффициентах трудового участия, понятия "рабочий день", "выходной" и "больничный". Кроме того, суд принял во внимание, что существующей в АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" системой оплаты труда почасовая оплата не предусмотрена, расчётные листки о составных частях заработной платы и иной информации, предусмотренной статьёй 136 Трудового кодекса Российской Федерации, в отношении истцов не оформлялись и им не выдавались.

Суд первой инстанции также полагал, что самостоятельным основанием для отказа Мершалову Р.В. и Логачеву Ю.Н. в удовлетворении заявленных ими исковых требований является пропуск без уважительных причин предусмотренного статьёй 392 Трудового кодекса Российской Федерации трёхмесячного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, о чём было заявлено представителем ответчика в судебном заседании. Поскольку последние по времени договоры возмездного оказания услуг между истцами и ответчиком были заключены 29 апреля 2016 г. сроком действия с 1 мая по 31 декабря 2016 г., то, по мнению суда первой инстанции, Мершалов Р.В. и Логачев Ю.Н. вправе были оспорить указанные договоры в течение трёх месяцев со дня их заключения, то есть не позднее 30 июля 2016 г., однако в суд с иском они обратились по истечении этого срока.

С приведёнными выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием согласился суд апелляционной инстанции, дополнив суждением о том, что Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации не регулирует отношения, возникающие в связи с использованием в некоммерческих целях (патрулирование для обеспечения транспортной безопасности акватории порта) маломерных судов (к этой категории относится катер NORD STAR 40 PATROL, которым управляли истцы).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит выводы судов первой и апелляционной инстанций основанными на неправильном применении и толковании норм материального права и сделанными с нарушением норм процессуального права.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии с частью 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном данным кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения — отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор — соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определённую этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В статье 57 Трудового кодекса Российской Федерации приведены требования к содержанию трудового договора, в котором, в частности, указываются: фамилия, имя, отчество работника и наименование работодателя (фамилия, имя, отчество работодателя — физического лица), заключивших трудовой договор, место и дата заключения трудового договора. Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: место работы; трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, — также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с данным кодексом или иным федеральным законом; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте, условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы); условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с этим кодексом и иными федеральными законами.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трёх рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, — не позднее трёх рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 19 мая 2009 г. N 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвёртой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абзац четвёртый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключённого между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределённость в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. Из приведённых в этих статьях определений понятий "трудовые отношения" и "трудовой договор" не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утверждённым работодателем, — наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы (абзацы пятый и шестой пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Таким образом, по смыслу статей 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением части второй статьи 67 названного кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми — при наличии в этих отношениях признаков трудового договора (абзац седьмой пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьёй 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, часть 3 которой содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В соответствии с частью 4 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой — третьей данной статьи были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если между сторонами заключён договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвёртой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключённым и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трёх рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведённого правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе об установлении факта нахождения в трудовых отношениях) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Между тем нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки и особенности, форму трудового договора и его содержание, механизмы осуществления прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, судами первой и апелляционной инстанций применены не были, как не были учтены правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в пункте 2.2 определения от 19 мая 2009 г. N 597-О-О, а также разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данные в постановлении от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации".

Вывод судов первой и апелляционной инстанций о наличии между АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" и истцами гражданско-правовых отношений по договорам возмездного оказания услуг сделан без учёта норм Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре возмездного оказания услуг (глава 39 названного кодекса), без установления содержания этих договоров и признаков в сравнении с трудовым договором и трудовыми отношениями.

Как следует из пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданское законодательство в том числе определяет правовое положение участников гражданского оборота и регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключённым, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определённые действия или осуществить определённую деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 — 729 Гражданского кодекса Российской Федерации) и положения о бытовом подряде (статьи 730-739 Гражданского кодекса Российской Федерации), если это не противоречит статьям 779 — 782 этого кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведённых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определённого задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговорённому сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определённые трудовые функции, входящие в обязанности физического лица — работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определённой трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несёт риска, связанного с осуществлением своего труда.

В силу части 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с частью 1 статьи 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применён по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 ГПК РФ).

Между тем обстоятельства, касающиеся характера возникших правоотношений между истцами и ответчиком, с учётом подлежащих применению норм трудового и гражданского законодательства в качестве юридически значимых определены не были, предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций в нарушение приведённых требований ГПК РФ не являлись.

Исходя из положений статей 67, 71, 195 — 198, 329 ГПК РФ выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 ГПК РФ). В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные статьёй 2 названного кодекса.

Оценка доказательств и отражение её результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Эти требования процессуального закона, как усматривается из текстов судебных постановлений, судами первой и апелляционной инстанций при разрешении спора выполнены не были. Также ими не учтено, что при рассмотрении дела суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства с учётом доводов и возражений сторон спора и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закреплённое в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемлённым.

В обоснование своих требований Мершалов Р.В. и Логачев Ю.Н. ссылались на то, что договоры возмездного оказания услуг ответчик заключал с ними на выполнение работы не разового, а постоянного характера, то есть на осуществление трудовой функции — работы в качестве членов экипажа морского судна, занимающих должности капитана, капитана-моториста (т. 1, л.д. 30 — 31), что подтверждается неоднократным перезаключением с истцами аналогичных по содержанию договоров возмездного оказания услуг. Мершаловым Р.В. и Логачевым Ю.Н. обусловленная данными договорами работа выполнялась на объекте, указанном АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р", согласно графику, утверждённому АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р", который они по своей инициативе изменить не могли, как не могли по собственной инициативе прекратить выполнение работы и покинуть оборудованное ответчиком рабочее место.

При выполнении работы, как указывали Мершалов Р.В. и Логачев Ю.Н., они обязаны были соблюдать установленные в АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" положения и правила поведения на объектах (подпункт "b" пункта 1.3 договоров), оплата истцам производилась за труд (размер оплаты труда определялся не объёмом оказанных услуг, а количеством отработанных часов), при этом за работу в праздничные дни и в ночное время предусматривалась оплата в повышенном размере (пункт 2.1 договоров), ответчик обязан был обеспечить истцов средствами индивидуальной защиты по нормам, действующим в АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р", а также предоставить им питание в месте оказания услуг на возмездной основе (подпункт "с" пункта 1.4, пункт 2.3.3.1 договоров). Кроме того, заключённые между Мершаловым Р.В., Логачевым Ю.Н. и АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" договоры возмездного оказания услуг предполагали возможность направления их в командировки для оказания услуг в другую местность с возмещением расходов, связанных с проездом, а также на обязательное по требованию заказчика обучение с компенсацией стоимости обучения (пункты 2.3.1.1, 2.3.2.1 договоров).

Однако судебные инстанции, перечислив доводы сторон спора, не отразили в судебных постановлениях свои выводы по результатам исследования доказательств, представленных истцами, не указали мотивы, по которым одни виды доказательств приняты ими в качестве средств обоснования своих выводов, а другие доказательства отвергнуты, и основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Не получили оценки судебных инстанций и заслуживающие внимания доводы Мершалова Р.В. и Логачева Ю.Н. о том, что отношения, возникшие между ними как членами экипажа морского судна и АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" как владельцем, использующим это судно с целью обеспечения безопасности мореплавания в акватории морского порта, регулируются положениями Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации. Суждение суда апелляционной инстанции о том, что названный кодекс не регулирует отношения, возникающие в связи с использованием в некоммерческих целях маломерных судов, к категории которых относится катер, управляемый истцами, на материалах дела не основано и соответствующими доказательствами не подтверждено. Обстоятельства, касающиеся использования ответчиком данного судна и принадлежности его к маломерным судам, предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций не являлись.

Вследствие неправильного применения норм материального и процессуального права суды первой и апелляционной инстанций отдали приоритет юридическому оформлению отношений между истцами и ответчиком, не выясняя при этом, имелись ли в действительности между сторонами, несмотря на заключённые договоры возмездного оказания услуг, признаки трудовых отношений и трудового договора, предусмотренные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, и не было ли со стороны ответчика — АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" — злоупотребления правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) при заключении с Мершаловым Р.В. и Логачевым Ю.Н. договоров возмездного оказания услуг вопреки намерению работников, являющихся экономически более слабой стороной в этих отношениях, заключить именно трудовой договор.

При этом, принимая решение об отказе в иске Мершалову Р.В. и Логачеву Ю.Н., суд первой инстанции и согласившийся с ним суд апелляционной инстанции не учли императивные требования части 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций при рассмотрении исковых требований Мершалова Р.В. и Логачева Ю.Н. к АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" о признании отношений, возникших на основании гражданско-правовых договоров, трудовыми отношениями и иных исковых требований неправильно применили нормы материального права, в связи с чем не определили обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, и в нарушение норм процессуального права не оценили в совокупности имеющиеся в материалах дела доказательства, не дали полной, надлежащей оценки характеру и условиям сложившихся между сторонами правоотношений.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признаёт несостоятельным утверждение судебных инстанций об отсутствии трудовых отношений между сторонами со ссылкой на то обстоятельство, что в заключённых между Мершаловым Р.В., Логачевым Ю.Н. и АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" договорах возмездного оказания услуг не предусмотрены положения об обязанности истцов соблюдать определённый режим работы и отдыха, подчиняться правилам внутреннего трудового распорядка, действующего в АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р", положения о дисциплинарной ответственности и мерах поощрения, о премиях, порядке предоставления и длительности ежегодных оплачиваемых отпусков, о коэффициентах трудового участия, понятия "рабочий день", "выходной" и "больничный", а также на то, что существующая в АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" система оплаты труда не предусматривает почасовой оплаты, поскольку такая ситуация прежде всего может свидетельствовать о допущенных нарушениях со стороны АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р" по надлежащему оформлению и регламентации отношений с работниками Мершаловым Р.В. и Логачевым Ю.Н.

Довод судебных инстанций в обоснование вывода об отказе в признании возникших между сторонами на основании гражданско-правовых договоров отношений трудовыми отношениями о том, что в период действия договоров возмездного оказания услуг в штатном расписании ответчика отсутствовали должности, предусматривающие управление судном — катером NORD STAR 40 PATROL, является неправомерным, так как отсутствие данных должностей в штате организации не исключает возможность установления факта трудовых отношений между сторонами.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает ошибочной и ссылку судебных инстанций в обоснование вывода об отказе в удовлетворении исковых требований Мершалова Р.В. и Логачева Ю.Н. на пропуск истцами предусмотренного статьёй 392 Трудового кодекса Российской Федерации трёхмесячного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Согласно части 2 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

В силу части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трёх месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении — в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Исходя из положений части 2 статьи 19.1, части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи при разрешении настоящего спора и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого Мершалов Р.В и Логачев Ю.Н. имели право обратиться в суд с исковыми требованиями о признании отношений, возникших на основании гражданско-правовых договоров, трудовыми отношениями и с другими взаимосвязанными с ними требованиями, суду следовало исходить не только из даты подписания последних по времени гражданско-правовых договоров, но и с учётом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда истцы узнали или должны были узнать о нарушении своих трудовых прав (в частности, момент, когда Мершалов Р.В. и Логачев Ю.Н. обратились к работодателю (АО "Каспийский трубопроводный консорциум-Р") за надлежащим оформлением трудовых отношений, но им в этом было отказано). Однако вследствие неправильного применения приведённых норм материального права указанные обстоятельства предметом исследования судебных инстанций не являлись и надлежащей правовой оценки в обжалуемых судебных актах не получили, а потому нельзя признать правильным вывод судебных инстанций о пропуске истцами предусмотренного статьёй 392 Трудового кодекса Российской Федерации трёхмесячного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Ввиду изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признаёт незаконными решение Приморского районного суда г. Новороссийска Краснодарского края от 22 марта 2017 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 20 июня 2017 г., поскольку они приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без устранения которых невозможна защита нарушенных прав и законных интересов заявителей кассационной жалобы, что согласно статье 387 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлении и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть всё приведённое выше и разрешить исковые требования Мершалова Р.В. и Логачева Ю.Н. на основании норм закона, подлежащих применению к спорным отношениям, установленных по делу обстоятельств и с соблюдением требований процессуального закона.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 ГПК РФ, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

решение Приморского районного суда г. Новороссийска Краснодарского края от 22 марта 2017 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 20 июня 2017 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции — Приморский районный суд г. Новороссийска Краснодарского края в ином составе суда.

Председательствующий Пчелинцева Л.М.
    Кириллов В.С.

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ не согласилась с отказом признать трудовыми отношения, возникшие на основе гражданско-правового договора.

В частности, отсутствие должностей в штатном расписании организации-ответчика в период действия договоров возмездного оказания услуг не исключает возможности установления факта трудовых отношений между сторонами.

Ошибочен и довод о пропуске истцами предусмотренного ТК РФ 3-месячного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Чтобы определить начало данного срока, следовало учесть момент, когда истцы обратились к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, но им в этом было отказано.

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ:

Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с и gto-sport.ruва, а также ОАО «Нижнекамскнефтехим» на нарушение защиты для осуществления материальных прав и свобод, установленных.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: 12/13. Основания для отмены/изменения решений кассационным судом

Нарушение процессуальных норм — основание для отмены решения

1. Основаниями для отмены решения суда первой инстанции и принятия нового решения или изменения решения являются:

1) неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела;

2) недоказанность обстоятельств, имеющих значение для дела, которые суд считал установленными;

3) несоответствие выводов суда обстоятельствам дела;

4) нарушение или неправильное применение норм материального либо процессуального права, а также рассмотрение и решение дела неполномочным судом; участие в принятии решения судьи, которому был заявлен отвод на основании обстоятельств, вызывающих сомнение в непредубежденности судьи, и заявление об его отводе признано судом апелляционной инстанции обоснованным; принятие либо подписание постановления не тем судьей, который рассматривал дело.

2. Нормы материального права считаются нарушенными либо неправильно примененными, если применен закон, который не распространяется на эти правоотношения, либо не применен закон, который подлежал применению.

3. Нарушения норм процессуального права могут быть основанием для отмены или изменения решения, если это нарушение привело к неправильному разрешению дела.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Как отменить решение суда вступившее в законную силу

Нарушения норм процессуального права, препятствующие суду коллегия судей Судебной палаты по гражданским делам Апелляционного суда Киевской ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права.

Правовое просвещение

20.02.2017

Гражданское процессуальное законодательство предусматривает возможность граждан обжаловать судебные постановления по гражданским делам, в том числе в кассационном порядке.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

К существенным нарушениям норм материального и процессуального права законодатель относит:

— неприменение закона, подлежащего применению;

— применение закона, не подлежащего применению;

— неправильное толкование закона;

-рассмотрение дела при неявке ответчика, в отношении которого отсутствуют сведения о его извещении;

-единоличное разрешение дела, подлежащего коллегиальному рассмотрению;

-неотражение в решении сведений о доказательствах, на которых основан вывод суда, мотивов принятого решения, а также отсутствие в резолютивной части решения выводов суда об удовлетворении (отказе в удовлетворении) встречного иска;

-ненаправление судом, вынесшим решение, хотя бы одной из апелляционных жалоб в суд, рассматривающий гражданское дело в качестве апелляционной инстанции;

-нерассмотрение одной из апелляционных жалоб;

-неизвещение лиц, участвующих в деле, о дне слушания дела в суде апелляционной инстанции.

При несогласии с судебным постановлением в связи с существенным нарушением норм материального или процессуального права, лица, участвовавшие в деле, и другие лица, если их права и законные интересы нарушены судебным постановлением, вправе в течение 6 месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, что были исчерпаны иные установленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации способы обжалования судебного постановления до дня вступления его в законную силу, обжаловать постановление в суд кассационной инстанции.

Прокуратура в силу полномочий, предоставленных статьей 376 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вправе проверить законность вступивших в законную силу судебных постановлений лишь по тем гражданским делам, в рассмотрении которых вправе принимать участие прокурор.

К таковым относятся гражданские дела, возбужденные судом по искам прокурора.

Кроме того, в соответствии с частью 3 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вступает в процесс и дает заключение по делам о выселении, о восстановлении на работе, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, а также в иных случаях, предусмотренных федеральным законодательством.

6) указание на то, в чем заключаются допущенные судами существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права.